Фридрих Энгельс известен нам как соавтор Карла Маркса. Человек, который на прибыль семейного текстильного бизнеса содержал главного критика капитализма.
Но до заигрывания с коммунизмом он в 1845 году написал интересный текст: «Положение рабочего класса в Англии».
Тогда Энгельс приехал управлять манчестерской фабрикой отца, но вместо этого описал увиденную нищету рабочих кварталов.
Нищету, хотя — экономика вокруг в это время росла как на дрожжах. Производительность и выпуск продукции шли вверх, но реальные зарплаты стояли на месте почти полвека.
Позже экономист Роберт Аллен назвал этот разрыв «паузой Энгельса».
Хочется сделать вывод, что машины тогда били по неквалифицированным кадрам, отсюда и пауза в зарплатах. На деле все было наоборот.
Удар пришёлся по ткачам-ручникам. Ремесленной аристократии того времени, зарабатывавшей вдвое больше обычного рабочего.
Именно это сделало их мишенью — механизировать выгоднее всего то, за что платят дороже всего.
И как итог, за полтора десятка лет их заработок упал вдвое.
Теперь главный вопрос: кто «ткачи» сегодня?
Даг О’Лафлин размышляет широко: весь класс «информационных ремесленников».
Это десятки миллионов аналитиков, юристов, финансистов, которые могут стать ткачами, потому что сейчас получают «премию» за обработку информации.
Я же попробую сузить до нашей рекламной индустрии.
Ткачи маркетинга — это не джуниоры на отчётах, как принято думать.
Это премиальный средний слой:
— Крепкий медиапланер, который знает, «как правильно сплитовать бюджет».
— Аналитик, собирающий дашборды.
— Копирайтер, выдающий двадцать вариантов заголовка.
— Стратег уровня «упаковать очевидное в фреймворк».
Все, чья премия по сути приходит за владение методом, который можно описать словами. Потому что то, что можно описать словами, можно описать промптом.
Если вернуться в старинную Англию и посмотреть, кого механизация тогда не тронула, то мы увидим что это были надсмотрщики за станками и те, кто придумывал, что ткать.
Сегодняшний аналог — это люди, отвечающие за отношения и доверие (коммуникации), специалисты, способные создавать яркие и нетривиальные идеи (креатив), руководители, готовые брать ответственность за результат (выполнение).
По сути те сотрудники, которые способны поставить машине задачу, которой нет в методичке.
Интересно, что Энгельс мог пересчитать пустые коттеджи ткачей в Манчестере. Сегодня же офис может формально оставаться полным, просто должен выдавать вдвое больше тем же штатом.
Вытеснение стало почти абстрактным: это не всегда про увольнение, а скорее про попытки закрыть вакансии средствами увеличения КПД за счет ИИ.
И прошлую паузу закончили железные дороги — новая эпоха, создавшая спрос на труд.
Что закончит эту — мне пока не понятно. У каждого маркетолога есть своя «методичка» — то, за что ему платят премию.
Наверное стоит прикинуть, сколько она стоит. 🤔